gistory (gistory) wrote in moya_moskva,
gistory
gistory
moya_moskva

Categories:

Как формировалась 4 дивизия народного ополчения

Оригинал взят у gistory в Как формировалась 4 дивизия народного ополчения
Публикую первую часть воспоминаний секретаря Куйбышевского райкома ВКП(б) Н.М. Шаховой о формировании и боях 4 дивизии народного ополчения, которая позже была преобразована в 110 стрелковую дивизию. Воспоминания датированы 24 июля 1942 года. 110 сд не попала в Вяземский котел, но понесла сильные потери на Можайской линии обороны в районе Боровска. К сожалению, не удалось найти ни фотографии Шаховой, ни здания в котором был Райком Куйбышевской района в 1941 году.

Стенограмма

Беседы, проведенной с секретарем Куйбышевского райкома ВКП(б) тов. ШАХОВОЙ Надеждой Михайловной.
24 июля 1942 г
Куйбышевский райком ВКП(б)
Беседу проводит руководитель военного отдела т. Сидоров А.Л.


В 2 часа ночи с 1 на 2 июля 1941 г. Мне позвонили и сказали, что в Кремле должны собраться секретари райкомов. Собрание проводил тов. Молотов, присутствовали Тимошенко, Щербаков, секретарь МК Попов и все секретари райкомов гор. Москвы.
На этом совещании с сообщением выступил тов. Молотов. Он сказал, что страна находится в опасности, враг подошел к Минску, надо поднять народ, создать народное ополчение, что районы должны будут приступить к формированию народного ополчения, обеспечить всем необходимым. Совещание длилось примерно полчаса и после этого мы отправились к себе в райком. Совещание я бы сказала, носило не официальный характер и проводилось в виде беседы. Были назначены сроки – 6 июля дивизии должны быть сформированы по районам.
2 июля 1941 г утром у нас в районе было созвано совещание секретарей партийных организаций и руководителей учреждений и предприятий района, на котором мы рассказали о совещании в Кремле и условились о том, что надо будет провести беседы с людьми. Уже вечером 2 числа началась запись в ряды народного ополчения. Никаких разверсток по организациям не давалось, а просто в райком предоставлялись списки тех, кто записывался в народное ополчение.



3 июля, после выступления товарища СТАЛИНА по радио, на всех предприятиях и в учреждениях района прошли с очень большим подъемом митинги. Тут же н этих митингах подавали заявления, и происходила запись добровольцев в ряды народного ополчения. По некоторым наркоматам записались абсолютно все, а потом наркоматы звонили и говорили: «Мы не можем же оголять наркомата и отпускать всех в народное ополчение». Приходилось оставлять народ, причем, выдерживали бой: «Почему вы меня не берете? Почему оставляете?»- спрашивали записавшиеся.
Запись происходила 3 и 4 июля. Те люди, которые были в командировках, подъезжали и тоже записывались. 4 вечером в районный комитет партии были представлены почти из всех организаций списки записавшихся в народное ополчение. Записалось всего по району 8 тыс. человек. В ряде организаций получилось такое положение, что не с кем было работать, и в процессе самой записи для обеспечения работы нам пришлось отсеять полторы тысячи человек.
Записалось очень большое количество женщин, но их мы брали только в медико-санитарную службу и то незначительное количество.
4 июля нас вызвали в Московский комитет партии и познакомили с работниками, которые должны были командовать нашим формированием. Первым командиром дивизии был генерал-майор Седельников и начальником штаба полковник Борисов. Мы с генералом и полковником поехали в райком, чтобы договориться о дальнейших действиях. Тут мы условились, что 6 с семи часов утра народ начнет подходить на сборный пункт. Место формирования было определено в 310 школе, угол Мало-Козловского и Харитоньевского переулков. Был установлен такой порядок приема: работники Райвоенкомата расположились во дворе этой школы, распределили между собой списки по организациям, народ приводили секретари партийных организаций и передавали всех добровольцев ведение командования.



Для формирования дивизии была создана чрезвычайная тройка. Председателем этой тройки был секретарь райкома т. Шахова, в состав ее входили также райвоенком т.  Сысоев и председатель Исполкома т. Юрченков.
4 и 5 июля мы начали заботиться о том, чтобы подобрать все необходимое для дивизии, материально обеспечить ее хотя бы на первое время. Какие у нас трудности возникли? Прежде всего, чем кормить народ? Нам нужны были походные кухни. Но н район является главным образом районом учрежденческим, и металлообрабатывающей промышленности у нас никакой нет. Мы достали 25 больших чугунных котлов и привезли их на вещевой склад. Поехали туда с генералом, а генерал говорит:
«- Котлы чугунные, ржавые, не годятся».
Я ответила:
«Я не интендант, но как хозяйка знаю, что нужно прокипятить котел с солью и он без лужения замечательно пи любых условиях будет пригоден для варки пищи».
Затем мы достали 6 тыс. котелков, полторы тысячи брюк и гимнастерок серых для комсостава. Кроме того, достали и 1000 простыней, 1000 наволочек, 5 ½ тыс. матрасов. Затем раздобыли ведра, протвени, ложки, т.е. все оборудование, которое нужно было для организации питания. Помимо этого у нас в районе работала комиссия по оснащению дивизии транспортом. В связи с тем, что гаражей у нас мало и машин было не большое количество, мы выделили дивизии 17 грузовых машин 350 велосипедов и 12 мотоциклов.
Все школы района готовились для размещения народного ополчения. Для этого в течении полутора дней везде построены двухэтажные нары и все снабжены матрасами. Одновременно с этим подготовили столовые района для кормежки наших ополченцев, пока они находились в Москве. Питание давали три раза в день.
6 июля в 6 часов утра народ уже начал подходить к сборному пункту в Мало-Козловский переулок. Подходили очень организованно, строем. Впереди шел секретарь партийной организации. Ополченцы Центросоюза было обмундированы: защитные брюки и гимнастерки, защитные фуражки, брезентовые сапоги и оснащены вещевыми мешками и котелками. Таким же образом были обмундированы и работники промкооперации и артелей. Ополченцы наркомата внешней торговли и наркомата боеприпасов были частично обмундированы.


Бывшее здание школы в Сверчковом переулке

Тут же у ворот сборного пункта Райпищеторг организовал палатки и тележки с водой, так как было очень жарко. Подходил народ. Проверяли их по спискам и по спискам передавали. Тут же их разбивали по ротам, батальонам и полкам. Школы были заранее распределены: 1 полк помещался на Сверчковом переулке в 313 школе, 2 полк помещался на Армянском пер. 4 в 644 школе и 3 полк на Лобковском пер[1]. №5/16 в 311 школе. Весь сбор и формирование закончился в 5 час. дня 6 июля и народ был разведен по местам расположения подразделений. 7 июля подошли те, кто болел или по каким-либо причинам не моя явиться. Таким было человек 200. Этот народ был влит в 4 запасной резервный полк,  а затем Московский военный округ приказал передать его в Бауманскую дивизию народного ополчения, так как у них был  не комплект. Народ очень не хотел уходить в формирование другого района и многие подавали заявления в райком с просьбой их оставить в Куйбышевской дивизии. Но военный приказ есть, и эти люди были направлены в Бауманскую дивизию народного ополчения.


Здание школы в Армянском переулке

С 8 июля началось элементарное обучение. Начали со строевой подготовки: ходили по улицам, переулкам Куйбышевского района. Ведь надо учесть, что в ополчение записалось большое количество людей вообще освобожденных от воинской службы, или участников гражданской войны и партизанских отрядов, которые давно уже не военной службе не были.


Здание на ул. Макаренко (Лобковский переулок)

Что собой представлял народ, который влился в нашу дивизию? Так было 2 ½ тысячи коммунистов и кандидатов партии, 250 человек работников издательств газет. В полках были целые подразделения инженеров, экономистов и научных работников.
Первый командир дивизии генерал-майор т. Седельников получил 9 июля другое назначение и командиром дивизии был временно оставлен начальником штаба, полковник Борисов.
Народ пробыл у нас в Москве до 12 июля 1941 г. – 6 дней. 10 был получен приказ Московского военного округа вывезти всю дивизию народного ополчения на строительство оборонительных укреплений. Куда направляли мы не знали. Вначале нам сказали: вывезут дней на пять-десять. Вывозили из Москвы только две дивизии народного ополчения: Куйбышевскую и Дзержинскую.
Вообще надо сказать, что дивизии создавались только в 13 районах, а остальные районы пополняли некомплект районов формирования. 8 числа к нам в дивизию влили 250 ополченцев Щелковского, Егорьевского и Лопасненского районов Московской обл. Мы их разместили в школе №613 в Харитоньевском переулке.
В ночь с 11 на 12 июля были поданы Моссоветом грузовики. Мы достали 6 ½ тыс. лопат, - копать-то надо, (счет на них у меня сейчас есть). Эти лопаты раздали по полкам. Вооружения никакого не было, ни одной винтовки и народ не был обучен. На машинах сделали скамейки, садились по ротам на эти скамейки и впереди каждый держал лопату.
Дали в это время не новое обмундирование, а бывшее в употреблении, ботинок не дали. Поехали кто в чем был, кто в белых туфлях, кто в тапочках, кто в ботинках. Не зная куда едут, и на сколько дней – народ у себя в полках оставил свои личные вещи в вещевых мешках и в каждой школе оставили караульных. Потом мы собрали все эти вещи, перенесли на склад. Уже значительно позднее приходили жены и мы эти вещи раздавали. Надо сказать, что и посей день в нас на складе в Райисполкоме лежат вещи отдельных ополченцев. Четыре мешка кажется осталось.
Вечером в 7-8 часов, когда народ уезжал, пришли жены прощаться. И что характерно было – ни одной слезы. Исключительный подъем был и у самих бойцов, и у родственников. Между прочим никаких медицинских комиссий при формировании не было. В ночь с 11 на 12 июля народ выехал. Через некоторое время узнали, что они работают на оборонительных рубежах: - письма мы стали получать, из дивизии народ  начал приезжать. Говорили, что работают они в Сычевке, Андреевского района[2].
В конце июля числа 25-26 приехали к нам в райком из дивизии товарищи – ополченцы и сообщили о следующем положении в дивизии: прежде всего о том, что подносилась  обувь. Мы , правда создали специальные сапожные мастерские перед отъездом. Кожа, которая был отпущена, кончилась. Некоторый народ до того обтрепался, что ходили без подметок. Обмундирование стираное старенькое, потрепалось. Вооружения никакого и обучать бойцов некогда, - работают по 11 часов. Мы тут думаем, что делать? Я позвонила т. Щербакову и сказала: «Александр Сергеевич, положение такое: другие дивизии проходят в Москве военное обучение, а наша выехала на оборонительный рубеж, работают по 11 часов, народ не обучен. Им нужно готовиться к боевым действиям, нужно установить количество часов для обучения».
Благодаря вмешательству т. Щербакова было определены в течении дня для строительства рубежей количество часов и выделены часы для обучения. Относительно получения вооружения мы вынуждены были также обратиться за помощью к т. Щербакову. Позвонила тов. Щербакову:
- «Александр Сергеевич, положение такое – обуви нет, обмундирования нет, вооружения никакого, что делать?
- Хорошо, - говорит, - примем меры».
Через некоторое время он позвонил, дает телефон тов. Маленкова и говорит? – позвоните по этому телефону.
Позвонили. Тов. Маленков очень горячо отозвался. Я ему говорю:
- Наша дивизия уехала на рытье оборонительных рубежей.
- Знаю, - говорит.
- Положение на сегодняшний день такого, что народ подносил обувь и обмундирование. Вооружения абсолютно никакого нет, дивизия находится в тяжелом положении.  Нужно обмундирование, обувь и вооружение, чтобы народ мог обучаться.
Тов. Маленков говорит:
- Хорошо, будут немедленно приняты меры.
Через три часа [звонят] из наркомата обороны и говорят, что уже сделано, направлены в дивизию машины с обмундированием, вооружением и обувью. Приходят из нашей дивизии товарищи и заявляют о том, что все сделано. В 3 часа все было направлено. В 5 часов звонит помощник тов. Маленкова и спрашивает что сделано. Я ему отвечаю:
- Передайте большое спасибо тов. Маленкову, все погружено и отправлено в дивизию. Его распоряжение выполнено.
Это было числа 25 или 26 июля.
30, примерно, июля звонят нам из Московского комитета партии и говорят: «срочно закажите знамена. Дивизионное знамя будет от Московского комитета партии, а полковые знамена должны быть районного комитета партии». Мы тут же ночью договорились с 22 швейной фабрикой в нашем районе. Раньше она была знаменно-вышивальная, но в период отечественно войны была переведена на пошивку обмундирования. Директор быстро в эту жен ночью наладил машины, вызвал вышивальщиц и в течении трех часов было вышито три полковых знамени.
1 августа приехал к нам из дивизии народ. Нам не разрешили поехать к ним вручать эти знамена, так как положение там было очень напряженным. Мы с этими товарищами отправили знамена, написали письмо от райкома в таком духе: «Вы товарищи, проходите боевую учебу, готовьтесь к предстоящим боям, а мы здесь в тылу окажем всяческое содействие вашим семьям, поможем их устройству», подарки послали. Одновременно достали вездеход и этот вездеход с подарками и знаменами отправили в дивизию.

Окончание следует.





[1] Сейчас это улица Макаренко
[2] В действительности, село Андреевское относится к Сычевскому району.
Tags: Великая Отечественная Война
Subscribe

Recent Posts from This Community

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments